Власть Садыра Жапарова представляет собой отдельный политический этап, который не вписывается в привычные рамки "демократия - авторитаризм" или "популизм - реформы". Его правление стало своеобразной чертой, подводящей итог времени постреволюционного выживания, когда государственные структуры либо восстанавливаются, либо фактически распадаются.
Жапаров пришел на политическую арену не благодаря установленным институтам, а в результате системного коллапса. События октября 2020 года трудно назвать революцией в традиционном смысле; это был скорее момент, когда предыдущая система окончательно исчерпала себя. Этот факт стал основой для большинства характеристик его правления.
Ключевое достижение
Одним из самых значительных, хотя и не очевидных, успехов президентства Жапарова стало восстановление способности государства к эффективным действиям.
До октября 2020 года Кыргызстан находился в состоянии хронической управленческой слабости, словно "пациент", о котором говорил Алексей Толстой в своей сказке о Буратино. Решения принимались в зависимости от обстоятельств, элиты были разрознены, а силовые структуры не имели четкой политической воли. Экономика существовала в режиме выживания, что особенно проявилось во время пандемии.
Жапаров изменил эту модель, фактически сломав ее, и заново выстроил вертикаль власти.
В новой системе центр принимает решения, регионы знают свои ответственности, а силовые органы получили четкие мандаты. Бизнес, хоть и в жестких условиях, получил ясные правила игры. Это явление в политологии называется восстановлением суверенного управления, что для стран с ослабленными государственными институтами имеет гораздо большее значение, чем любые внешние реформы.
Политическое сотрудничество Жапарова и Ташиева
Предположения о возможном распаде тандема Жапарова и Ташиева ссылаются на идею о том, что "две головы в одном котле не варятся", но они не осуществились за эти пять лет из-за ошибочной персоналистской интерпретации.
На практике это сотрудничество представляет собой не просто союз двух близких по духу людей, а структурную модель власти, соответствующую глобальным тенденциям к усилению государства и силовых органов в странах от Турции до Индии.
В этой модели Камчыбек Ташиев является равнозначной фигурой, а не второстепенным партнером. Он выполняет роль хранителя инструментов суверенизации, которые помогают разрушать теневые элиты и контролировать границы, а также нейтрализовать альтернативные центры силы. Жапаров задает стратегическое направление, а Ташиев обеспечивает его реализацию.
Преимущество такой структуры заключается в высокой управляемости и оперативности принятия решений.
Кыргызское общество, как и международные коллеги, воспринимают эту модель как адекватную текущей реальности.
Дисциплина вместо реформ
Экономический рост последних лет часто связывают с внешними факторами, такими как реэкспорт и изменения в логистике. Однако это лишь частично верно. Основной причиной стало значительное снижение внутреннего хаоса, что привело к увеличению налоговых поступлений не за счет повышения ставок, а за счет легализации экономики. Это также восстановило за государством монополию на принуждение, что является необходимым условием для эффективной фискальной политики.
В совокупности это не классические либеральные реформы, а скорее мобилизационная экономика, где порядок устанавливается прежде стимулов. Тем не менее, если режим мобилизации затянется, это может подавить инициативу. Однако на протяжении пяти лет Жапаров удачно балансировал между жесткостью и прагматизмом.
Схожим образом происходит и борьба с коррупцией. Критики часто упоминают отсутствие независимых антикоррупционных институтов, но они упускают суть подхода Жапарова и Ташиева.
Они избрали не системный, а демонстрационный подход.
Поэтому мы наблюдаем громкие задержания и возврат активов, что создает иллюзию неотвратимости наказания. Хотя это может вызывать споры с точки зрения западных стандартов, для общества, уставшего от безнаказанности, это воспринимается как эффективная мера. Люди осознают, что риск быть наказанным достаточно высок, независимо от своего положения.
Внешнеполитический реализм
Одним из недооцененных аспектов правления Жапарова является его реалистичная внешняя политика. Он не делает громких заявлений о "многовекторности", но при этом поддерживает хорошие отношения с Россией, укрепляет связи с Китаем и сохраняет рабочие отношения с Западом, избегая полного погружения в какую-либо из мировых сил.
При Жапарове Кыргызстан перестал быть объектом внешних манипуляций и стал субъектом осторожного маневра, что крайне важно в условиях геополитической нестабильности.
На самом деле, Садыр Жапаров стал отражением современного времени для Кыргызстана, когда малые развивающиеся страны учатся выживать, а иллюзии уступают место прагматизму.
Его правление не представляет собой идеального государства, а скорее возвращение к инстинкту самосохранения.
Вопрос следующего этапа заключается не в том, уйдет ли эта модель, а сможет ли она эволюционировать и каким образом. Ответ на этот вопрос определит, войдет ли первые пять лет президентства Садыра Жапарова в историю как период стабилизации или как временный передышка перед новым кризисом.
Источник: 24.kg
