В Туркестанской области, в селе Алгабас, произошел страшный пожар, ставший самым трагичным инцидентом подобного рода в стране. В результате возгорания в большом частном доме погибли две семьи, в общей сложности 12 человек, среди которых девять детей. В настоящее время на месте происшествия работают пожарные и следователи, а также создана правительственная комиссия для выяснения причин трагедии. В ее состав вошли представители различных министерств, включая МЧС и министерство образования, которые постоянно информируют о ходе работы председателя комиссии, вице-премьера Каната Бозумбаева. Об этом сообщает exclusive.kz.
СМИ активно сообщают о действиях вице-премьера: «Бозумбаев дал указания», «поручил оказать помощь», «члены комиссии отчитываются» и так далее. Реакция государственной машины на экстраординарные ситуации уже запущена, и чиновники заверяют, что «ситуация под особым контролем». На сайте премьер-министра была опубликована информация о создании комиссии, и сообщение завершилось фразой о том, что «работа Комиссии находится на особом контроле», что подразумевает высший уровень президентского вмешательства.
Ранее, в начале своего президентства, Касым-Жомарт Токаев также брал на себя ответственность за различные «нештатные ситуации», от проблем с канализацией в многоэтажке до межнациональных конфликтов. Тогда эксперты отмечали его быструю реакцию как сигнал о том, что государство «слышит» своих граждан и всегда готово прийти на помощь.
Это создало у граждан ощущение, что, если на местах что-то идет не так, то «волшебник из Акорды» обязательно решит проблему. Хотя Токаев и его предшественник создавали условия для эффективной работы государственным институтам, возникает вопрос: почему механизм реагирования в кризисных ситуациях так сильно зависит от президента? В случае трагедии в Алгабасе мы видим, что все действия происходит по уже знакомому алгоритму: «нам сам бог велел, а президент поручил». В нашей стране без президентского указания ничего не происходит, хотя система должна работать наоборот.
Как это должно выглядеть? Прежде всего, необходимо было бы создать комиссию на уровне местной администрации – не областной, а районной. Следовало выделить ресурсы для оказания помощи пострадавшим и организации похорон. Затем можно было бы дополнить поддержку из областных и республиканских фондов, и только потом информировать высшее руководство о предпринятых шагах. Так работает система в цивилизованных странах: местные власти занимаются решением проблем, а центральные вмешиваются только при необходимости. В идеале, депутаты маслихата района могли бы координировать действия на месте.
Но в Казахстане всё еще необходимо дождаться указаний с высшего уровня власти. Президент становится связующим звеном между неэффективной местной властью и центральным аппаратом, что приводит к парадоксу: без указания президента все действия местных властей оказываются безрезультатными.
После всех «улучшений» законодательства у нас отсутствует полноценная система местного самоуправления. Закон «О местном государственном управлении и самоуправлении», принятый еще в 2001 году, по сути позволяет местным маслихатам заниматься самоуправлением, но они назначаются местными акимами и не могут действовать независимо. В результате, круг замыкается на президенте.
Ситуация с соблюдением законности на местах также зависит от президента. Например, для того чтобы решить вопрос с пьяным вождением судьи, потребовалось обращение общественных активистов к президенту. Аналогично, протест матерей погибших солдат на крыльце Министерства обороны привел к реакции, только когда вмешался президент. Даже в случае с трагической смертью выпускницы КИМЭП, когда полиция уверяла, что следствие находится под контролем, вмешательство президента стало решающим.
Получается, что президент, по сути, подменяет собой местные власти и прокуроров, действуя в экстренных ситуациях исключительно по собственным поручениям. Это, конечно, впечатляет, но такая пропорция власти создает проблемы.
Отсутствие инициативы у местных властей, несмотря на наличие всех необходимых полномочий, является следствием концентрации власти в руках президента, что порождает неэффективную систему управления. Вопрос остается: сможет ли второй президент Казахстана исправить то, что было нарушено первым?
