Согласно ее словам, все началось 26 августа 2025 года. Омурзакова утверждает, что ее мужа вызвали в здание ГКНБ без предварительного уведомления и объяснений. На месте, по ее словам, двое оперативников оказывали на него давление с требованием переписать имущество на третье лицо, угрожая в противном случае уголовным преследованием на срок до восьми лет.
По информации Омурзаковой, под давлением ее муж согласился переписать на третье лицо Toyota Avalon 2020 года, торговый контейнер на рынке «Дордой» и жилой дом, общая стоимость которых составляет около $265 тысяч.
Она добавила, что в подтверждение выполнения требований он отправил фотоотчет одному из сотрудников.
Со временем давление возобновилось, так как дом не был продан. Омурзакова утверждает, что сотрудники ГКНБ имели доступ ко всей документации на имущество и продолжали вмешиваться в дела семьи.
7 октября 2025 года семья подала заявление в Службу собственной безопасности ГКНБ. Однако, по словам Омурзаковой, на следующий день к ним пришел родственник одного из сотрудников и стал угрожать последствиями за обращение. В то же время, служба, по ее утверждению, ограничилась формальными ответами и не провела полноценного допроса заявителей и свидетелей.
Позже семья направила обращения в Генеральную прокуратуру, администрацию президента и главе ГКНБ. 24 октября материалы были переданы в Военную прокуратуру.
На следующий день, 25 октября, Омурзакова сообщила, что ее мужа задержали те же сотрудники. Она утверждает, что следователь не связывался с ним ранее, а в день задержания пригласил его в качестве свидетеля. Тем не менее, мужчину задержали, и он провел 65 дней в СИЗО.
По словам заявительницы, в это время на него оказывали физическое и моральное давление, а семье ограничивали возможность встреч. Она считает, что задержание стало ответом на их попытку защитить свои права.
В своем обращении Омурзакова также сообщает о возбуждении уголовного дела в отношении сотрудника ГКНБ по факту злоупотребления должностными полномочиями. Подозреваемый был задержан, однако суд избрал ему меру пресечения в виде домашнего ареста.
Омурзакова выразила недовольство этим решением, полагая, что у подозреваемого есть возможность воздействовать на свидетелей и процесс расследования, добавляя, что ранее он уже привлекался к уголовной ответственности.
Она также упомянула, что семье неоднократно предлагали отказаться от заявления в обмен на смягчение ситуации, а также сообщила о фактах давления на свидетелей и слежки за ними.
Аймеерим Омурзакова обратилась к руководству страны с просьбой взять дело под контроль, обеспечить безопасность семьи и обеспечить объективное расследование, а также отстранение подозреваемого от службы на время следствия.
На момент публикации официальная позиция правоохранительных органов по этому делу не была предоставлена.
