Джумабай Уметов художник-прикладник по складу дарования и по профессии, он много занимается пейзажной живописью, находя в живой природе источник своих творческих фантазий.
В пейзажном жанре он ищет оригинальные мотивы природы, демонстрируя свое повышенное чутье к пластической и цветовой декоративности
природных реалий, перерабатывая их в соответствии с поставленной задачей. И хотя живопись в творчестве Уметова в какой-то мере имеет служебную цель, по своим художественным достоинствам она занимает равноценное, если не более значительное место, чем прикладное творчество.
В композиционных построениях пейзажей Уметов исходит из сложившихся в киргизской живописи принципов. Сила его индивидуальности проявляется в основном в колорите, всегда решенном в напряженной декоративности и гармонической соподчиненности контрастных или сближенных тонов чистого цвета. В целом, благодаря академически точному рисунку, реально трактованному пространству с соблюдением законов перспективы, картины Уметова при всей их декоративности реалистичны.
Характерным примером могут служить картины «Свежее утро» (1968, ), «Осенняя тишина» (1975, ), в которых художник сумел в рамках условно-декоративной стилистики передать прохладу летнего утра и свое поэтическое переживание природы, и «Хозяин заоблачных гор» (1969) с живой пластикой гор и облаков. При этом в картине «Свежее утро» пространство трактовано плоскостно, как
в декоративном панно, а в «Хозяине заоблачных гор» — подчеркнуто объемно.
Замечательным мастером реалистического пейзажа является Аблабек Даиров. Его картина «Маманские просторы» (1970, ) являет собой пример творчески осмысленного следования лучшим традициям киргизской пейзажной живописи, прежде всего живописной лирике С. Акылбекова. В картине с большим мастерством передан свежий, прохладный пасмурный день с облачным небом в обширной степи, заросшей чием. Цветовое решение строится на сближенных тонах, точно передающих реальное светосочетание определенного природного состояния.
Художник отдает дань портретному и бытовому жанру, проявляя наблюдательность и способность передавать национально особенное реалистическими средствами.
По характеру трактовки пейзажа близок к нему Адамбек Джумашев («Серый день», 1972).
В 60— 70-х гг. наибольший интерес киргизских живописцев вызывала работа над тематической картиной, в которой ярче проявилась их индивидуальность. На творческий почерк живописцев сильно повлияла школа, пройденная ими в различных художественных институтах страны.
Особенно отчетливо это влияние сказалось в начале творческого пути художников постановочностью задач, демонстрацией усвоенных у непосредственных учителей профессиональных навыков, заимствованием сюжетов и тем.
Определенное влияние оказывало и популярное у этого поколения художников увлечение примитивизмом и другими течениями. Однако местная художественная среда, не поддерживавшая подражательность, заставила молодых художников искать самостоятельные пути в искусстве с учетом основных достижений киргизской живописной школы.
При всем различии поисков своей стилистики художников всех поколений объединяет повышенная требовательность к правдивому отображению
природы Киргизии и характерных особенностей жизни народа, особая чуткость к тому, что Чуйков определил «духом Киргизии» и что прежде всего выражается поэтичностью образной системы реалистического живописного языка.
Эта поэтичность, воспринимаемая скорее интуицией, чем рассудком, достигалась художниками по-разному, причем выше ценилось такое решение, когда лирическое переживание художника выражалось не только и не столько темой, мотивом или сюжетом, сколько характером рисунка, композиции, системой колорита, фактурностью живописной по верхности — то есть тем, что определяет культуру художественной формы, ее стилистику.
