Казахстан уже имел опыт вице-президентства, однако отказался от этой должности по определённым политическим причинам. Касым-Жомарт Токаев предлагает её вернуть в изменённом формате. Тем не менее, единственный вице-президент, который занимал эту должность, 25 лет назад объяснил, почему она стала нежелательной для новой системы власти, сообщает exclusive.kz.
Вице-президентство в Казахстане было введено в начале 1990-х годов, когда страна только начинала формировать новую политическую систему. В 1990 году Верховный совет учредил должность президента, и вскоре после этого был создан и пост вице-президента.
Эта модель во многом заимствовала идеи из американской системы, где вице-президент считается вторым человеком в государстве и потенциальным преемником президента, служа важным элементом политической стабильности и преемственности.
Сергей Терещенко стал первым вице-президентом Казахской ССР, однако после первых президентских выборов в декабре 1991 года его заменил Ерик Асанбаев, который на тот момент занимал важные посты в парламенте и правительстве. Терещенко же стал премьер-министром.
Скоро после этого республика обрела независимость, и вице-президентство стало частью новой конституционной структуры, направленной на плавный переход от советской системы к президентской модели управления.
Конституция 1993 года предоставила вице-президенту определённые полномочия, включая выполнение функций президента по его указанию и замещение его в случае отсутствия. Эта должность задумывалась как механизм преемственности власти, способный смягчить политические кризисы и обеспечить стабильный переход власти.
Тем не менее, на практике вице-президент так и не стал независимым центром влияния. Эта должность быстро воспринялась как номинальная, а её существование стало угрожать укреплению президентской власти. Сама идея вице-президентства напоминала о том, что президент не является единственным, и система власти допускает наличие преемника.
В результате конституционных изменений середины 1990-х вице-президентство было упразднено. Одновременно было ликвидировано и Конституционное суд, что способствовало усилению президентских полномочий и новым политическим структурам.
Ерик Асанбаев, первый и единственный вице-президент, незадолго до своей смерти объяснил, зачем была создана эта должность и почему она оказалась неудобной в постсоветской системе.
«Ограничение на пути к режиму личной власти»
В 2000 году проект «Свидетели» выпустил развернутое интервью с Асанбаевым, которое в 2009 году было опубликовано на сайте Exclusive.kz. Этот разговор сейчас воспринимается как политическое завещание человека, который глубоко понимал механизмы власти и видел, как формируется новая система управления в постсоветском Казахстане.
Отвечая на вопросы о ликвидации вице-президентства и его возможном возрождении, Асанбаев объяснил, что эта должность была задумана не как вспомогательная или церемониальная, а как важный элемент политической структуры.
«Институт вице-президентства в идеале создавался для облегчения перехода власти и как одно из препятствий на пути к формированию режима личной власти или диктатуры. Он может успешно функционировать в цивилизованных странах с высокой политической культурой и добрыми отношениями между людьми», – подчеркивал он.
Таким образом, на первоначальном этапе вице-президент не рассматривался как просто помощник президента, а как элемент системы сдержек и противовесов, обеспечивающий плавный переход власти и предотвращающий её концентрацию в одних руках.
Однако Асанбаев сразу же отметил, что такая модель требует соответствующей политической среды, которой в постсоветских странах не было. Это стало главной причиной неудачи самой идеи.
«В постсоветском пространстве модель “президент – вице-президент – премьер-министр” оказалась неэффективной. Но, на мой взгляд, реальная власть сосредоточена в руках премьер-министра, и его добросовестность имеет огромное значение для общества», – добавлял он.
Эта формула в какой-то степени стала диагнозом системы управления Казахстана в тот период. В ней возникло несколько центров власти, между которыми не было четких границ и механизмов разделения полномочий, что приводило к внутренней конкуренции и конфликтам.
Асанбаев подчеркивал, что несмотря на формальную значимость, у вице-президента не было реальной власти. Он указал на главный недостаток этой должности: неопределенность полномочий и отсутствие механизмов их реализации.
«Полномочия вице-президента в нашей Конституции были не вполне определенными, и не было четкого механизма их осуществления…»
Таким образом, в 2000 году Асанбаев фактически признал, что идея вице-президентства была правильной, но политическая система оказалась к ней не готова.
«Желание оставить след в истории, а затем использовать возможности»
Говоря о трансформации постсоветских элит, Асанбаев описывал механизм, ставший характерным для многих государств региона. Он подчеркивал, что основная проблема заключается в соблазне власти, который размывает любые институциональные ограничения.
«Нельзя утверждать, что нарушение нравственных принципов началось с первых шагов. На мой взгляд, сначала у многих возникло раздвоение целей: с одной стороны, желание войти в историю как блестящий реформатор, с другой – воспользоваться возможностями для незаконного обогащения», – отмечал он.
Важно, что Асанбаев не сводил проблему к личным качествам лидеров, а указывал на деформацию самой системы власти, где риторика реформ постепенно уступила место логике личного обогащения.
Первый вице-президент Казахстана отказывался принимать популярное мнение о том, что политика неизбежно является грязным делом.
«Я не согласен с тем, что политика – это грязное дело. Это мнение внедряется теми, кто хочет оправдать свои неприглядные поступки. Политика – это высокая профессия служения своему обществу», – подчеркивал он.
По его мнению, поскольку политика – это «высокая профессия», она нуждается в институтах сдержек и противовесов. Именно отсутствие таких институтов он считал главной проблемой постсоветских режимов. Вице-президентство в этом контексте было не просто должностью, а элементом конструкции, предотвращающей концентрацию власти в одних руках. Поэтому эта конструкция оказалась несовместимой с президентской вертикалью.
Причины отказа от вице-президентства
Официальная ликвидация института вице-президентства произошла в ходе конституционной реформы, призванной «оптимизировать» систему. Однако фактические причины этого решения были более политическими, чем процедурными.
В статье «Ерик Асанбаев: тот, кто привел к власти Назарбаева, оставаясь у него в тени» в 2023 году Exclusive.kz подробно анализировал, почему его фигура начала восприниматься как потенциальная угроза. Сама должность вице-президента становилась напоминанием о том, что президент не является единственным, и власть может передаваться не только через выборы, но и через институциональные механизмы.
В начале 2000-х годов Назарбаеву была нужна не просто сильная президентская власть, а единоличная. В этой конструкции любые формальные «ступеньки» к президентскому креслу становились потенциально опасными, даже если их обладатель не имел амбиций. Существование институционального заместителя главы государства воспринималось как ограничение для формирующейся вертикали.
Таким образом, вице-президентство стало символом возможной альтернативы власти, и именно поэтому ликвидировались два основных ограничения президентской вертикали – пост вице-президента и Конституционный суд. Формально это объяснялось оптимизацией системы, но фактически устранялась возможность институциональной конкуренции.
После упразднения должности Асанбаев оказался в дипломатической «ссылке» и вернулся в страну только в 2000 году, уже будучи пенсионером, а через четыре года он скончался.
Разница между вице-президентом Токаева и Назарбаева
Сегодняшние обсуждения показывают, что восстанавливается не тот институт, о котором говорил Асанбаев, а его принципиально новая версия.
В 1990-е годы вице-президент был избираемым, его рассматривали как формального преемника и элемент транзита власти, что делало его политически неудобным для системы, основанной на единоличной президентской власти.
В новой модели вице-президент будет назначаемым, и его полномочия определит президент.
По сути, он не будет рассматриваться как потенциальный преемник, а станет частью президентской администрации, продолжая действующую вертикаль. Это не восстановление старого института, а создание новой должности – административного заместителя руководителя государства, встроенного в уже существующую систему управления.
Таким образом, история возвращается, но в совершенно ином виде. Восстанавливается не механизм для обеспечения преемственности и сдержек, о котором говорил Асанбаев, а его искажённая версия, лишенная той роли, ради которой эта должность была создана. Вице-президент больше не будет частью системы ограничения личной власти, а станет ещё одним уровнем президентской архитектуры.
Возможно, именно поэтому стоит вновь обратиться к словам человека, который лучше всего понимал, зачем нужен этот институт: не для удобства аппарата, а как защита от персонализации власти и как средство предотвратить замыкание системы на одном человеке.
В одном из последних интервью, опубликованном на сайте Exclusive.kz, Ерик Асанбаев произнес почти пророческие слова: «Страна без совести – это страна без души, а страна без души – это страна, которой не суждено выжить».
В его понимании «совесть» государства – это не абстрактная мораль, а способность власти ограничивать себя институтами, не подменять правила личной волей и не уничтожать механизмы преемственности ради тактического удобства. Именно этот смысл был заложен в идею вице-президентства, и сегодня он исчезает за привычным названием возвращаемой должности.
