На фоне этих событий эксперты начали высказываться о происходящем, предлагая различные мнения — от призывов к молчанию со стороны вовлеченных лиц до уверенности, что государство не сможет остановиться и будет вынуждено довести дело до конца.
24.kg собрал мнения специалистов о том, что вызывает их беспокойство в данной ситуации, почему звучат такие жесткие комментарии и является ли это действительной борьбой с коррупцией или же новым этапом борьбы за влияние.
Нурбек Токтакунов: Лучше воспользоваться правом молчания
Фото из личного архива. Нурбек Токтакунов
Нурбек Токтакунов, юрист:
— Тай-Мурасу Ташиеву стоит воспользоваться своим правом на молчание, как перед следствием, так и перед общественностью, после того как ГНС озвучила свои обвинения и МВД провело допрос. Все его слова могут быть использованы против его отца. Даже если его оправдания будут обоснованными, он рискует создать дополнительные улики против своего родителя, который занимает важную должность в правительстве и управлении спецслужбами, и вовлечен в госзакупки.
Кроме того, его попытки оправдаться, сравнивая объем своих закупок с общим объемом производства на государственном НПЗ, вызывают вопросы. Откуда у него такие данные, если они не являются общедоступными? Вероятно, они пришли к нему через связи с руководством предприятия, что служит доказательством коррупционных связей.
Если государство уже обнародовало информацию о таком клане, то ему придется следовать до конца, так как все возможные выходы уже закрыты.
Зайнидин Курманов: Коррупция как механизм управления
Зайнидин Курманов, доктор исторических наук, профессор:
— Время осознать, что так продолжаться не может. Налоговая служба вскрыла очередную ужасную схему, связанную с «Кыргызнефтегазом». В 90-е годы это предприятие обещало нам 300 лет нефтяной независимости, но разговоры об этом постепенно затихли. На самом деле завод работал и добывал нефть, но мы об этом не знали.
Феномен элитной жадности — это не просто вопрос «плохих людей», а глубокая системная проблема. Коррупция становится не исключением, а параллельным механизмом управления. В традиционных культурах преданность своему клану имеет большее значение, чем преданность государству. Чиновник понимает свою должность как возможность помогать «своим». В переходные периоды возникают «правовые вакуумы», где личные договоренности оказываются надежнее закона.
Общество, имеющее низкую политическую культуру, не воспринимает власть как институт служения. У нас считается, что если «начальник» не богат, это признак слабости, а не честности. Политики пытаются перещеголять друг друга богатством под улюлюкание нищей толпы. Как можно восхвалять воров?
Борьба с коррупцией требует комплексного подхода, а не одной «громкой посадки». Необходимы:
Исключение человеческого фактора через цифровизацию.
Экономическая свобода и уменьшение регулирования.
Независимость судов и неотвратимость наказания.
Прозрачность госзакупок и контроль со стороны граждан.
Достойная оплата труда госслужащих.
Полное искоренение коррупции маловероятно, но значительное снижение уровня возможно. Примеры Японии, Сингапура и Грузии показывают, что при наличии жесткой политической воли ситуацию можно изменить за десятилетие. Тем не менее, без общественного запроса любые реформы могут оказаться лишь имитацией борьбы. Люди устали видеть, как элиты и их дети «бездумно жируют» на приватизированных должностях.
Мусуркул Кабылбеков: Заявление ГНС — конец «кулуарной» фазы
Мусуркул Кабылбеков, политолог:
— Сам факт, что вопрос был поднят, причем через государственное учреждение — Налоговую службу, говорит о многом. Это свидетельствует о борьбе, о том, что между сторонами пройден своего рода Рубикон. Борьба вступила в стадию, где пути назад уже нет ни для одной из сторон.
Если бы это было частное расследование, его можно было бы замять. Но заявление сделано ГНС — структура, которая ранее не занималась подобными вопросами. Мы видим, как государственное учреждение фактически проводит расследование и озвучивает подобные факты. Реакция со стороны других надзорных органов, включая Генпрокуратуру, очевидна — уже возбуждено уголовное дело.
Если факты, представленные ГНС, подтвердятся — а они, скорее всего, подтвердятся, иначе служба потеряет лицо — это означает, что все происходящее согласовано на самом высоком уровне. Информация не появляется без соответствующих решений. Это уже системная борьба, речь идет не только о политическом соперничестве, но и о попытке представить Камчыбека Ташиева как коррупционера, возбудить против него уголовное дело и фактически вывести его из политики.
Все схемы, которые сейчас обсуждаются, так или иначе связаны с его родственниками — об этом было известно и ранее. Возбуждение уголовного дела, вероятно, затронет и его сына, так как, сказав «А», придется сказать и «Б». Побочный эффект всего этого может заключаться в том, что финансовые потоки, которые ранее шли в частные карманы, начнут поступать в государство. По крайней мере, на какое-то время, пока не будет принято окончательное решение по компании.
С политической точки зрения это означает, что борьба началась всерьез, и Камчыбеку Ташиеву будет крайне трудно с ней справиться. Он долго держал паузу, что было оправдано, пока не затронули ключевой для него актив. Даже в ситуациях, связанных с его окружением и обвинениями в давлении на бизнес, он не реагировал, ссылаясь на неподходящее время для конфликта.
Однако после того, как проправительственные структуры и блогеры начали открыто обвинять бывшего главу ГКНБ в коррупции и многомиллиардных хищениях, он оказался в ситуации, когда молчать уже нельзя.
Если он вернулся в страну без громких заявлений, это говорит о его намерении бороться. Вопрос в том, к чему это приведет: к компромиссу, поиску «козлов отпущения» или дальнейшей эскалации.
С учетом характера Камчыбека Ташиева его возвращение было ожидаемым. В противном случае он бы окончательно потерял свой электорат и выпал из политической жизни Кыргызстана. Факт его возвращения подтверждает его стремление защищать свои позиции и своих близких. Это в его привычках.
Вероятно, самые интересные события еще впереди. Его окружение, возможно, уже разработало свою стратегию. Возвращение экс-председателя ГКНБ — это не спонтанное решение, а продуманный шаг. У него есть серьезные обязательства перед сторонниками, родственниками и людьми, находящимися под следствием. В такой ситуации оставаться за пределами страны означало бы фактически вычеркнуть себя из политической жизни — как в глазах общества, так и своих сторонников.
Тологон Келдибаев: Законность всегда восторжествует
Тологон Келдибаев, политолог:
— Около высокопоставленных лиц всегда появляются те, кто совершают преступления ради личной выгоды. Независимо от того, кто это — Ташиев или кто-то другой, его окружение часто ставит собственные интересы выше всех остальных. Окружение Ташиева могло быть вовлечено в коррупцию, злоупотребления служебным положением и самоуправство.
Пока Камчыбек Ташиев занимал посты главы ГКНБ и заместителя председателя правительства, фактически будучи вторым человеком после президента, привлечь его окружение к ответственности было невозможно. Даже если кто-то видел или слышал о нарушениях, на это предпочитали закрывать глаза. После его ухода напряжение спало, и предприниматели начали открыто заявлять о том, что пострадали от таких действий. Законность может временно не действовать, но рано или поздно она вступает в силу. Я убежден, что действия Ташиевых получат правовую оценку и будут тщательно расследованы.
Ташиев сделал много хорошего, но в то же время допустил серьезные ошибки.
Он провел значительную работу по борьбе с организованной преступностью и коррупцией, благодаря чему удалось ограничить коррупционные схемы в социальной сфере и правоохранительных органах. Однако его главной проблемой стало обладание огромной, фактически безграничной властью.
